"Пять вопросов Вадиму Рабиновичу" (21.02)

Размещено: 23.02.2019

19:08:57

Голос

Гість нашого ток-шоу – Вадим Рабінович. Доброго вечора, Вадиме.

 

Вадим Рабінович

Добрый день. Спасибо. Здравствуйте, дорогие друзья. Это для меня новый формат передачи, у нас только вторая передача, поэтому мы тут будем притираться друг к другу. Я перед передачей хочу сказать вам два слова. Вы знаете… ну, вы сами знаете, что мы живём в удивительной стране. И сейчас, когда я шёл сюда, меня поймал режиссёр и сказал, что по новому закону, который у нас в стране введён, я не имею права ни за кого агитировать. Я не имею права говорить, что эти плохие, эти хорошие, я не могу говорить, что вот этих не надо выбирать. Поэтому чтобы не нарушать законы, у меня предложение такое: когда меня будет сильно это доставать, а говорить это нельзя, я вас буду просить не продавать им морковку, а вы будете знать, что я имею в виду. Поэтому вот давайте начнём работать с морковкой. Раз они нам не дают говорить, будем… Мы же умеем всё это делать. Давайте начнём работать. Итак, у нас сейчас первый вопрос. «Мережа без кордонів» обозначает, что мы с вами выходим в мир сетей. Сейчас нам – вопрос из сети, пожалуйста. Подобранный редакцией, не мной.

 

Сергій (запис)

Так что же будет, если ничего после 31-го марта для нас не изменится? Всё, эмиграция? Или кастрюля на голову и адаптация? Многие сейчас скажут: «Мы ещё на парламентских повоюем». Боюсь, что это только мечты. Из всех оппозиционеров, возможно, только «За життя» пройдёт, да и то с минимальным результатом. Все остальные – нет.

19:10:56

Вадим Рабінович

Знаете, очень хороший вопрос, потому что он скорее не практический, а философский. Что делать в том случае, когда твой голос не доходит до людей? Ведь смотрите: мы когда организовали партию «За життя», я не хотел ни с кем вообще не то что объединяться, а разговаривать. У меня очень удобная позиция: я никогда не был в политике, я никогда не был ни в «регионалах», ни… ни в этих других, там. Короче, не работал. И те идеи, которые у нас были, – они по сегодняшний день… уже сейчас подхвачены многими партиями, начиная от нейтральности, внеблоковости, построения такой страны: Швейцарии Восточной Европы. И они для нас были очень хорошие. После этого мы набрали достаточно большой в стране рейтинг: ну, примерно 10 процентов. И дальше я встал перед вопросом: что я должен делать с этими 10-ю процентами? Можно заниматься самолюбованием, да? И с этими 10-ю процентами, там, проходить понемножку в парламент… Ну, понимаете, о чём я говорю. Скажите: что это изменит в моей стране? Абсолютно ничего. Абсолютно ничего. И проблема вот этих 44-х кандидатов в президенты в том, что каждый из них, думая о себе, не ответил на один важнейший вопрос: что это даст моей стране? У меня был крупный президентский рейтинг. А я вбил себе в голову одну простую вещь: что ничего ни я, ни условный Бойко: вместе по 10 процентов – ничего не сделают. Что я попытался сделать? Я взял и снял свою кандидатуру с президентских выборов, поддержав одного из тех, кто находится на моём фланге. Сказать, что мне было это просто сделать, я тоже не могу. Во-первых, я работал в политике уже четыре года, я работал на результат, у меня есть партия, у меня есть люди, которые были против. Но я сумел им доказать одну простую вещь: либо мы каждый будем атаманом в своей волости, либо мы попробуем построить сильную страну. Я не знаю, чем кончатся президентские выборы. И вы не знаете. Потому что мы – страна с непредсказуемым не то что будущим – и прошлым, и чем хотите. У нас всё меняется. Я сегодня читал по телевизору – простите, смотрел – там рассказывают политики, что «вот я уже, там, во время «Майдана» то сделал»… В общем, все – герои, короче. Ну, вы всё понимаете. Я пытаюсь про морковку пока ещё не рассказывать, потому что – видите? – бедный канал, чтобы их не наказывали. Так вот вы знаете, в любом случае нельзя как бы настраивать себя на плохой результат. Я уверен, что сегодня на президентских выборах такое противостояние, что чем оно кончится, мы не знаем. Посмотрим. Все работают на результат. Что касается парламентских выборов: это совершенно другое. Я вообще считал, считаю и буду считать, что одна из бед, которая преследует нашу несчастную Украину, в том, что у нас две ветви власти, да? У нас, получается, вечная война. Если вы возьмёте всю историю Украины, это война парламента с президентом. Скажите: ну можно сделать из этого вывод? Давайте повернём голову на каких-то состоявшихся демократий. Франция – президентская республика. Германия – парламентская, скажем, республика. Ну давайте выберем что-то одно. Невозможно всё время… каждый перетягивает на себя одеяло. Приходит новый президент… И смотрите: у нас же вот сейчас – я смотрел – Порошенко открывал дорогу какую-то, там… Скажите: я вот посмотрел, читал специально, думал, может, я что-то не понял, взял Конституцию и прочитал… У нас президент никакого отношения к экономике вообще не имеет. Вообще никакого. Он должен заниматься обороной, внешней политикой, всё другое. Почему так происходит? Потому что всё слилось. Каждый приходит: «Это моё». Нам надо разграничить полномочия. Если вы пока не готовы к парламентской республике, ну давайте тогда сделаем нормальную президентскую республику. Нормальную, да? Разгоним… разгоним это стадо слуг, да? Я всегда говорю простую вещь: слушайте, если нам говорят, что надо затянуть пояса, то слуги народа точно бедным не нужны. Ну идите отдохните немножко. Поэтому с другой стороны, у нас есть громадные шансы, давайте сделаем парламентскую республику, нормально дадим власть парламенту. Ну что-нибудь давайте сделаем! Поэтому… я поддержал Бойко и работаю для результата его, но я работаю и над парламентскими выборами, и я считаю, что… что бы ни происходило на президентских, на парламентских выборах мы будем в очередной раз, может быть, делать – знаете как? Задним умом мы сильно крепкие, да? Будем ещё какие-то выборы делать. Но мы должны изменить в этом году свою страну. Или на президентских, или на парламентских. И… и дело даже в том, кто там симпатичный, кто – нет. Вот вопрос, который мне задали и который, в принципе, заключается в том, что надо всем объединяться для того, чтобы свалить вот эту систему убиения страны… Надо всем прекратить – и особенно обращаюсь к тем, кто работает на фланге, противостоящем, там, скажем, войне и этой власти… Ну абсолютное преступление, окажется, после президентских выборов вы делаете, потому что не даёте возможности сегодня – уже сегодня – их свалить. Но поверьте: на парламентских… на парламентских этого уже не будет. Я думаю, что на парламентских будет очень сильная такая, монолитная коалиция. Но давайте всё-таки попробуем на президентских что-нибудь умное сделать. Поехали дальше. Ну, пожалуйста, «Скайп» включаем. Здравствуйте.

 

Павло

Алло, добрый вечер. Вопрос следующий: собирается ли «Оппозиционная платформа» создавать коалицию в новом парламенте? Если да, то с кем и на каких условиях?

19:16:53

Вадим Рабінович

Ну, есть такая народная пословица, что обычно сначала гуся ловят или покупают, а потом уже думают, что там с ним делать. Поэтому я обычно не забегаю… Но… но для вас, раз вы уже задали вопрос и люди у нас сидят, я отвечу на этот вопрос. Вы знаете, любая коалиция – она вынужденная. Если какая-то политическая партия получает большинство, ей не нужна коалиция. Я очень надеюсь, что на парламентских выборах мы получим такое большинство, что нам не надо будет делать коалицию ни с кем. И я вам это говорю не для красного словца, а потому, что 44 кандидата в президенты стали трагедией для Украины. И я думаю, такого не произойдёт на парламентских выборах. Я так думаю. Что касается того, с кем надо объединяться… Я вам очень честно скажу свою позицию. Есть люди, которые мечтают о реванше. Заметьте, как у нас происходит: то побеждает, там, Ющенко – начинается какой-то реванш с этой стороны, Янукович – с этой. Я думаю, что это тоже беда наша. Надо не идти к реваншу, даже если ты выиграл. Надо садиться за стол. Вы понимаете, мы либо растащим вот эту страну на части, либо всё равно… Даже если ты – повторяю – победил. Это очень важно. Вот когда ты победишь, надо садиться и садиться, и садиться, и разговаривать. Я сегодня… Нет политических сил, с которыми я не общаюсь. Знаете, у нас как-то: «я оттуда», «я оттуда» – никто ни с кем… Я разговариваю со всеми и не стесняюсь об этом сказать. Я в великолепных, нормальных, человеческих отношениях с представителями всех политических, которые… самых махровых, там, слева и справа. Почему? Потому что хотите вы или не хотите, мы – одна семья. Мы – одна семья. И если в семье… если в семье какой-то ребёнок, там, немножко не то делает – я мягко говорю, да? – но вы же не убираете его из семьи, вы находите какие-то контакты. Так и мы. Во Львове и в Харькове, в Донецке и в Ростове… Мы все одинаковые. Простите, Ростов – это другая песня. Мы… мы с вами… И это всё было. Послушайте, давайте вспомним, ну просто вспомним по-человечески. Ну ровно десять лет назад у нас было 100, по-моему, – сколько? Давайте без цифр… У нас была одна из самых процветающих экономик, которая была… растущая по динамике, по 17 процентов ВВП. У нас были, если кто помнит, двухкомнатные квартиры десять лет назад тут где-то в Киеве: на Троещине… и то стоила больше 100-та тысяч. Каждый получал нормальную зарплату, люди не уезжали не потому, что вот такая… вот такая была блестящая ситуация, а потому, что, там, условно, там, продавец в каком-то крупном супермаркете получал достаточно нормально. Что произошло после этого? Что произошло такое, что вдруг миллионы людей уехали из Украины, гривна уничтожена, всё убито? Что произошло? Это сделали те, кто не могут и не умеют, и не хотят работать ни с экономикой, ни с политикой – ни с чем. Это сделала свора приглашённых иностранных тупиц, которых над нами поставили, чтобы нам рассказать… Власть, не верящая в свою страну, сделала всё это. Мы им морковку не продадим больше. Никаких морковок больше. И мы должны объединяться, конечно… с кем-то надо, да? Но ещё раз говорю: лучше всего, если мы получим большинство и не будем объединяться. И нам нужен… Люди, я всегда говорю: нам нужен всего один год нормальной, человеческой, экономической жизни, чтобы вернуться вот к той ситуации, где мы были десять лет назад. Год! Ну скажите: почему мы не можем дать хотя бы себе попробовать? Нам всем говорят: «Да какая разница? Они все одинаковые, все…» Ну давайте попробуем. Почему все одинаковые? Выбираете всех одинаковых… три человека всё время. Объясните мне, если все одинаковые. Выберите что-то другое. Надо дать себе шанс. Если вам каких-то два врача говорят о том, что вы больной, вам это лекарство… Пойдите к третьему. Пойдите к третьему. Не обрекайте себя на болезнь, пойдите к третьему. Поэтому мы будем объединяться со всеми, кто разделяет три минимальных принципа. Первое – это нейтральная, независимая, внеблоковая Украина. Я вам скажу почему. Это не потому, что так хочется мне или кому-то из вас. Мы с вами находимся в таком окружении, что мы не можем его поменять. Ни Россия, ни Польша, ни Венгрия всё, не уйдут от нас, они будут вокруг нас. А значит, прочерчивать на века ненависть, на века войну – это значит обрекать и детей наших на это же несчастье, которое будет. Нам надо находить пути выхода из этой ситуации. И я вам скажу больше: я сейчас инициировал и буду продолжать инициировать… Почему мы всё время молчим? Вот я против войны, да? Те за войну, там. Они кричат. А почему мы ничего не делаем? Кого мы боимся? Я буду напрямую обращаться сейчас к представителям в том числе и Законодательного собрания Российской Федерации. Там есть честные люди. Давайте на нейтральной площадке сядем и разберёмся, что мы творим, давайте что-нибудь попробуем… найти выход какой-то из этой ситуации. Вторая… второе – это мы должны – с кем объединяться? Они должны разделить ещё второй наш пункт. Второй пункт – это отмена всех проведенных реформ. Полностью всех, да? Наказание виновных за проведение этих реформ и принятие таких законов, которые не позволят в дальнейшем превратить нашу страну в плацдарм для дегенератов со всего мира, которые издеваются над нами: Супрун, Деканоидзе, Згуладзе, Абромавичус… То, что сотворила Яресько с нашей страной, – это отдельная песня. И третье, и последнее. Мы… я считаю, что мы к этому придём. Надо не бояться каких-то политических альянсов с теми, кто хотят сегодня сшить страну. Я, наоборот, считаю, что кто бы он ни был: пусть он находится, там, на самом крайнем фланге, там или там… Если он конституционные какие-то вещи… не призывает к каким-то, там, убийствам всех подряд, как вчера тут рассказывали, кто не так говорит и делает… Ребята, мы ещё недавно совсем спокойно… одесситы ездили во Львов, а львовяне – условно, в Одессу. И даже в мыслях не было о каких-то разделениях. Кто нас разделил? Нас разделили те, кто придумали это. Придумали как технологию. Поэтому я… может быть, не очень популярный сегодня мой тезис, но я отвечаю на тот вопрос, который задали. Я считаю, что с любыми людьми надо будет объединяться. С любыми. Хватит войны, хватит раздора в стране, хватит разжигания ненависти. Да, у меня есть такое, что о них сказать, что, поверьте мне, мне на два часа хватит только одного мата, но мы не можем так жить. Мы не можем каждый раз… Приходит новая власть, да? И чем она занимается? Она рассказывает, почему плохо мы живём из-за тех попередников, которые ушли. Ну какая нам разница? Их уже нет! Тем более, что они, как показывает практика, возвращаются через четыре года, там, или что-нибудь, там, и опять идут к власти. Нам нельзя больше. Власть, которая опять расскажет нам, что плохо было при тех, – она нам просто больше не нужна, мы её не переживём. Нам надо, чтобы… когда вы пойдёте к избирательным участкам, посмотрите конкретно на программу, на морду лица, на то, что он говорил и делал за четыре года. И ответьте себе на один вопрос: вот то, за что я проголосую, даст мир моей стране или нет? Вот то, за что я проголосую, изменит экономику или опять я буду слушать бесконечные рассказы о том, как мы замечательно живём и процветаем? В сумасшедшем доме. Пошли дальше.

19:24:30

Вадим Рабінович

Спасибо большое. Уже очень много писем поступает в редакцию прямо с одной недели. Пожалуйста, письмо, которое вы отобрали. Я просто конец беру. «Зачем мне платить налоги в Пенсионный фонд? Если я и доживу до пенсии – не факт, что смогу ею воспользоваться». Широкий вопрос. Вы знаете, я, с вашего разрешения, всё-таки начну немножко с лирики, отвечая на этот вопрос. Я думаю, что когда наши молодые люди, живущие в нашей стране, видят нищих своих дедушек, бабушек, отцов, там, и матерей, это самая страшная агитация против Украины. Я думаю, что когда человек, проживший и честно проработавший свою жизнь, не может прожить на пенсию, – это убийство будущего нашей страны. Они кричат, по-моему, – сколько уже? Пять лет… И до них ещё Ющенко кричал, что мы идём в Европу. Я хочу ещё раз повторить: Европа – это не лозунги. Европа – это не рассказы. Европа – это когда пенсии тебе хватает для того, чтобы достойно жить. Это когда у тебя дороги без… не в «гиперлупах», а без ям хотя бы. Это когда уровень жизни соответствует человеческому. И это не приходит только потому, что ты объявил себя в Европе. Мы можем объявить себя… вон они в НАТО пошли на той неделе, там. Ну и что, что вы пошли? В Европу вы пошли… Кто вас возьмёт в Европу? Ответьте мне на вопрос. С чем мы идём в Европу? Посмотрите, как происходит в Европе. Нас поддерживают все европейцы, они за нас. Посмотрите, какие митинги в фуражке, там, всё, что хочешь… Нам за всё время дали 5 миллиардов под огромные проценты и по праву вырубать наш лес, а Польше, которую никто не поддерживает, дали 100 миллиардов на самых льготных условиях. Мы с вами – форпост демократии, которая борется сегодня с восточным соседом, – и нам ничего не дают. Нам дали «джавелины», которые нельзя использовать на линии соприкосновения. А можно использовать – где? В тылу в кого стрелять «джавелинами»? Скажите мне, пожалуйста. Нам нужна нормальная, серьёзная какая-то оценка того, что вообще мы делаем, что мы творим. Куда мы?.. Лозунг… лозунг, что мы идём в Европу, не наполняет наш Пенсионный фонд. А я хочу вам сказать, что в том Пенсионном фонде, о котором сейчас начали мы с вами чуть-чуть говорить, сейчас маленькая дырка: 164 миллиарда. 164. Всё, больше ничего. Что такое дырка в Пенсионном фонде? Вот ответьте мне на простой вопрос. Они во всех… аналитика вся пишет вот наша сегодня: «Дырка в Пенсионном фонде». Скажите, пожалуйста: у этой дырки есть фамилия, имя, отчество или номер счёта, куда деньги спёрли? Есть такое или нет? Или они испарились, ушли, космонавт какой-то приехал? Что значит «дырка в Пенсионном фонде»? Дырки нет, вы украли эти деньги. Неужели это не понятно кому-то? А если вы украли… Ну, опять, даже не будем сейчас разбирать, кто украл: и так всё понятно. Вопрос другой. Скажите: может вот это «МММ» бесконечно продолжаться? Пенсии сегодня… Я думаю, что примерно в течение шести-семи месяцев у них встанет вопрос вообще о выплате пенсий. Даже тех мизерных, которые есть. Они сейчас под выборы добавят нам чуть-чуть на пенсию, чуть-чуть – на зарплату. Для… для чего, люди? Я хочу вам объяснить для чего. Для того, чтобы победить на выборах, а потом отбиться в следующие четыре года. Вот те 200 гривен, что они вам прибавят, – они у вас заберут потом 2 тысячи. Повышением цен, уничтожением экономики. Скажите мне: есть ли возможность помочь сегодня пенсионерам? Есть. Им для этого даже напрягаться не надо. Я подал простой законопроект, который назвали популизмом. Законопроект говорит о том, что все люди, которые живут на минимальную зарплату, или пенсионеры освобождаются от коммунальных платежей. Мне сказало наше правительство вот в лице, там, знаменитого у них вице-премьера: «Это популизм». Можно, я задам вместе с вами два вопроса? Рядом с нами Белоруссия, которую давили… по-моему, 20 лет рассказывали, как она в санкциях. Белоруссия сегодня сняла платежи с пенсионеров. Россия, которую задавили санкции, сняла… по-моему, больше 70-ти лет – люди не платят. Скажите, пожалуйста: а чем мы: демократический такой плацдарм, который всему миру помогает… не можем этого сделать? А как они собираются?.. Вот когда мы завтра будем голосовать, как они собираются выходить из этой ситуации? Скажите: что именно они развивать собираются? Ну вот хорошо. Там, скажем, завтра, там, у нас есть план, мы потерпим, пенсионеры все… и построим… Что? Скажите: что? Космическую отрасль, которая была в Украине, они убили. «Южмаш» сегодня выпускает кастрюли. Ну, я… я даже не знаю, у меня нервов не хватает всё это рассказывать, вы знаете. «Радиоэлектронику» продали за цену «Мерседеса», завод николаевский закрыли, «Южмаш»… этот Припортовый завод… Всё, что жемчужины… все закрыты и уничтожены. Для чего? У меня вопрос: для чего? И я вам отвечу. Если в моей стране уничтожаются крупнейшие промышленные предприятия: крупнейшие, которые могут создать какой-то целый пласт, так сказать, той промышленности, которая даст нам возможность жить без западных кредитов, – если у нас с вами в стране сегодня при огромном… сегодня самых больших, написано, поставках за рубеж зерна мы не получаем ничего, если в нашей стране медицина уничтожается под корень – значит, у меня возникает ответный вопрос такой: значит, кто-то хочет сделать Украину сельскохозяйственной территорией, с батраками на 10 тысяч… Я вам напомню: ещё Бжезинский написал: один из авторов, который был… он написал: в Украине должно быть 14 примерно миллионов человек. Так это план выполняется? Вы скажите, признайтесь: «Мы пришли вас уничтожить, мы пришли уменьшить население Украины». Смотрите, как они… за что они сейчас борются? За что с нами борется Европа? Та Европа, которая рассказывает нам о консолидации с нами, Туск приехал и рассказывал, что вообще кто не украинец, тот вообще, говорит, не европеец. Хорошо, мне очень нравится это. Лучше бы они сняли, кстати, квоты, которые они ввели. Только мёд и пеньку можно… С чем к нам сейчас приехали европейцы? Арбитраж начался. Впервые за всю историю европейского сообщества начался арбитраж с Украиной. И знаете, на какую тему они с нами судятся? Что мы не разрешаем лес вырубать наш. Скажите, пожалуйста, люди добрые: ну, я не знаю… Может быть, я предвзято как-то отношусь. Я очень люблю Европу, она мне нравится. Но вот если я живу где-то в домике, там, хата у меня, садочек, там, приходит ко мне гость, мой друг хороший и говорит: «У меня есть условия дружбы с тобой: выруби свой садик». Ну вот скажите: а почему я должен это делать? В Европе они за одно дерево… за одно дерево в Европе ты четыре года будешь подавать заявку, чтобы старое дерево срубить. Скажите: а почему наши дети должны дышать этим асфальтом, а их – должны зелень?.. Я не понимаю такой Европы. Я не в состоянии понять этой Европы. Это не Европы. Нам рассказывают басни, нас ведут в пропасть. В пропасть, в которую уходят и… Сейчас последняя война нашего правительства: ФОПы им не нравятся. Примерно 2 миллиарда – от ФОПов. 1.2 – это хай-тековские, это те люди, которые ещё не уехали: молодёжь – из Украины. И через облегчённую систему налогообложения хоть как-то держатся. Давайте убьём их. Кому они мешают? Кому мешает молодёжь Украины? Её выпирают за рубеж. Тот Лукашенко, о котором они смеялись пять лет, создал у себя в Белоруссии то, что я говорю четыре года: безналоговые зоны для хайтешных предприятий. Для того, чтобы молодёжь и западные инвесторы приходили, садились и работали. Скажите: почему я это понимаю, Лукашенко понимает, а наши не понимают? Можно мне объяснить? Значит, я… Послушайте, они не такие дурные. Я смотрю по заработкам, по тем крадіжкам, які щас є… Такого ще не було, да. Очень неглупые люди. Так вот у меня вопрос: если вы не хотите развивать хай-тек, а вы неглупые люди, – значит, у вас тоже цель. У вас цель – убрать молодёжь из нашей страны. И чуть отвлекаясь от темы, я скажу вам: для того, чтобы заплатить достойные пенсии, должна быть достойная зарплата. Для того, чтобы была достойная зарплата, нам надо сделать одну простую вещь, о которой я продолжаю говорить четыре года: надо отделить политику от экономики. Смотрите: мы сейчас с вами покупаем в основном… сняли нас с российской нефтяной иглы, с российской газовой… Патриоты победили. И мы с вами покупаем газ и нефть – знаете где? В Швейцарии и Словакии. Весь газ. Скажите, пожалуйста: ну нельзя же быть до такой степени дурными уже? Ну что, Швейцария начала производить какой-то… Это Объединённые Арабские Эмираты? Что такое? Ни один человек не задаёт этот вопрос. Но это же «МММ», какая-то дуриловка, напёрсточники поганые, да? Они берут газ и нефть в той же России, в ДНР и ЛНР, проводят её до границы, зарабатывают на нас ещё деньги на транзите, продают нам в три раза дороже и, как болванчикам, говорят: «Так мы же слезли с иглы». С какой иглы? Мы сидим на той же игле, торговля с Россией увеличилась в 2.4 раза. А нам рассказывают, что вот поэтому вы платите. Для того, чтобы нам исправить эту ситуацию, надо прийти к очень простому такому знаменателю: политика отдельно, экономика отдельно. В чём это заключается? У нас в конце года, чтобы вы знали эту трагедию и заранее к ней были готовы… в конце года заканчивается договор с Россией по транзиту газа. Мы с ней воюем, вообще не будем с агрессором иметь дело, но требуем заключить с нами договор на прокачку. Ну, давайте ретроспективно уйдём, там, в Великую Отечественную войну. Воюет Сталин с Гитлером, только просит нефтяную прокачку: «Ты же нормальный договор сделай, чтобы у меня там цена была хорошая и чтобы…» Ну люди, вдумайтесь во всё это. Может быть, нас всё-таки обманывают? Может быть, мы что-то не так вообще мыслим? Договор с Россией и то, что «Северный поток – 2» – подтвердила сейчас Ангела Меркель, потому что это выгодно для её избирателей, она правильно делает… Она правильно делает, она думает о своих избирателях, о немцах, которые там живут. И она говорит, что «да, мы против, мы за вас, мы за вас». И всё это «за вас» кончается – чем? «Но «Северный поток» поддержим». Так вот то же самое: надо жить нам. Выгодно нам сегодня? Мы должны заключать договор на прокачку с Россией. Нам надо торговать с Европой? Конечно надо. Не просто надо – надо развивать отношения с Европой. Но не идти туда сгорбленными, как этот… и просить с протянутой рукой. Надо сказать Европе: «Ты сегодня дала нам квоты, которые исчерпывает украинский производитель…» Послушайте, до 15-го января годовые квоты исчерпала. Это не дружба. Поэтому мы будем искать другие рынки сбыта. Мы потеряли миллиарды, десятки миллиардов, отказавшись от торговли с СНГ и с Россией для того, чтобы опять вернуться к этой торговле, но уже на невыгодных условиях, уже полуподвально. Зачем вы это делаете? Это же… это экономика. Она не… она не терпит того, чтобы с ней таким образом обращались. Поэтому вернуться к нормальным, прагматичным, спокойным отношениям со всеми соседями… Газ… Чтобы поднять пенсию, надо дать возможность людям не платить всё абсолютно, что у них есть, по тарифам. Сделать это тоже никакой… Люди! В этом нет никакой проблемы. У меня нет предвыборных лозунгов, я не иду в президенты. Две вещи надо сделать. Делаться они должны два часа. Первая… Ещё раз повторяю, просто как догму, – проверьте потом Интернет, кто грамотный. Мы добываем с вами 15 миллиардов… Добывали 20. И программа, если вы знаете, на этот год была «20 – 20». К 2020-му году – 20 миллиардов. На это выделены миллиарды, ничего не добыли, всё спёрли. Неважно. 15 миллиардов. Все мы с вами вместе – сколько нас есть, всех граждан Украины? Вместе с бюджетными организациями потребляем те же 15 миллиардов. Отдайте нам наш газ по нашей себестоимости, пострадают шесть олигархов… Ну я всегда говорю: ничего, пусть потерпят. И всё, больше ничего не надо. Вторая составляющая – цена, которую мы покупаем в России. Ну, надо… надо посылать на переговоры с Россией не политических казаков, да, а нормального, взвешенного менеджера. Третья составляющая тоже есть, я не буду сегодня на неё углубляться: надо ещё вызвать, там, человек 20 людей в нашей стране, посадить их у себя в кабинете и рассказать им, что завтра реально начнут сажать. И всё, ребята, нам больше ничего не надо. Нет никакой коррупции, нет никакого кризиса, они просто тупо обворовывают нашу страну, больше ничего нет. Давайте дальше. Так, с улицы у нас вопрос, сейчас открытый микрофон. Будь ласка.

 

Чоловік

Как бы он боролся с коррупцией и как бы поднимал экономику? Вот эти два вопроса – наверное, они волнуют всех. Вот я и хотел бы ему задать.

 

 

 

19:38:05

Вадим Рабінович

Вы знаете, сколько я себя помню, как телевизор включал – всё время боролись с коррупцией. Я помню первый форум по борьбе с коррупцией. Не помню весь состав. Лазаренко во главе сидел. Это был форум по борьбе с коррупцией. С тех пор каждый украинский президент и каждое украинское правительство борется с коррупцией. Но вы знаете, если мы честно посмотрим на эту проблему... Через себя надо всё смотреть. Мы знаем, что коррупция – это уже образ жизни, которым мы живём. Образ жизни, потому что так начинается с нуля. Человек, чтобы устроиться в детсадик, платит взятку. Чтобы пойти в больницу, платит взятку. В судах – это вообще. Я думаю, такой страны вообще в мире не было. Ни один украинец не идёт в суд за справедливостью. Он думает, как договориться. Поэтому пошагово. Первое: есть закон, который звучит следующим образом: если в стране нет справедливой судебной системы, ни бизнес, ни человек развиваться не может. Это как бы тот базис, на котором всё стоит. Что нам делать с судебной системой? Плача об этом, "как плохо..." – ничего не помогает. Попробовать сегодня сказать, как они говорят, что "мы поменяем этих судей на этих, более честных", – ребята, это тупой путь, мы все его знаем. Это враньё. Наше предложение по этому вопросу следующее. Тут я согласен с американской историей. Мы должны вернуться к выборности судей с верху до низу. За один день должен быть полностью распущен судебный корпус с низу до верху. Они не являются народными судьями, они не преследуют интересы Украины. Мы видим по всем судам, в какой тупик и ужас нас они обрекают. Ни один человек сегодня не может защитить свою хатынку, свою квартиру. Вы прекрасно это всё знаете. Поэтому – что делается в этом случае? Американцы это прошли. Делается выборность судей: в селе, в городе, в области, в стране. С таким же законом об отзыве, если видим, что проходимец. И под судью сажаете двух юристов, которые помогают ему разбираться. И рассказы о том, что он не юрист... Мы же видим ваших юристов. Они хуже, чем ничего. Поэтому таким образом должна быть реформирована судебная система. Что касается той системы, которая борется у нас с коррупцией... У нас должно быть чёткое разделение. У нас все борются с коррупцией. Самый процветающий бизнес в Украине – это борьба с коррупцией. Все борцы с коррупцией не входят уже ни в одну дверь. Обратите внимание: когда они приходят и уходят, это просто разные физиономии. Так вот тут тоже всё... Мир это всё до нас придумал. Всё очень просто. Первое: этим должно заниматься одно конкретное ведомство. Второе: над этим ведомством должна быть нейтральная комиссия, которая была ещё в советское время в милициях, которая проверяет их работу. И образ жизни наших борцов с коррупцией должен соответствовать тому, что они записали в декларации. Потому что сегодня половину борцов с коррупцией кормят мамы, папы и бабушки, которые в 80-летнем возрасте подарили им миллион. Это же просто анекдот какой-то. Борьба с коррупцией бесполезна, пока всей экономикой заправляют 5-6 олигархов. Это бесполезно. Я нормально отношусь к экономике, я рыночный человек, я считаю, что не должно быть диктата над экономикой, но мы не можем сегодня, к сожалению, терпеть то, что 3/4 самых доходных залежей Украины, заводов, которые все строили, переданы какой-то кучке людей. Это путь, кстати, европейский, по которому прошли очень многие европейские страны, в том числе Франция. Поэтому ничего страшного здесь нет. Надо это понимать. И последнее, именно по коррупции. Знаете, нужны какие-то необычные персоналии. Нужны люди вне системы. Поэтому в нашей партии я всегда говорил своим коллегам: "Я буду претендовать на две вещи после победы на выборах. Первое: я буду как глава партии смотреть за выполнением предвыборных обещаний. А единственный пост в стране, который я хотел бы занять, – это пост генерального прокурора". Они чёрные становятся, когда слушают это всё. Теперь что касается поднятия экономики. Я уже начинал об этом говорить. На экономику нельзя кричать. Экономике не надо петь гимнов. Это себе в семье, там. С экономикой надо обращаться очень бережно. Сегодня, отстав уже в каком-то рывке мира вперёд, мы должны сесть и спокойно, с холодной головой проанализировать. Не просто вот эти истерики: "Я сделаю это..." Это как кошка перед мышами рассказывает: "Я не трону, я не трону..." Вопрос не в этом. Вопрос в том, что именно вы собираетесь делать. Если я сегодня вам объявлю, что после победы нашей партии мы станем первой в мире автомобилестроительной страной, вы же подумаете, что я немножко не в себе. Потому что мы отстали там на 400 лет. Нам нужно совсем другое. Мы предлагаем три кита. Проанализировав со многими экономистами, три кита, на которых мы можем за год стать нормальной, по-настоящему великой в первый раз Украиной. Первое: у нас есть уникальное территориальное расположение, на котором другие: здоровые на голову страны – уже зарабатывали бы миллиарды. А мы с вами в результате деятельности этих недоумков пришли к тому, что знаменитый "шёлковый путь", который должен был принести нам миллиарды и миллиарды прибыли, прошёл мимо Украины. Мы должны с вами построить нейтральную Украину: Швейцарию Восточной Европы. Потому что Запад и Восток... Я говорю вам сейчас прагматично и хитро. Запад и Восток находятся в огромной конфронтации. У них разный менталитет, и это будет продолжаться. Если мы сумеем стать не островком войны, а островком доверия, где встречаются и те, и другие, мы с вами сможем стать уникальным государством. Сегодня Запад не хранит деньги на Востоке, а Восток – на Западе. Поэтому я говорю... А вторым: может быть, основным – фактором должна стать для этой системы швейцарская система банковская. Надо создать банки... Не те, что у нас. Вдумайтесь, что происходит. Люди берут свои сбережения, кладут в банк – банк пропадает. Банкиры ходят по городу, на десяти машинах... Денег нет, фонд гарантирования вкладов ничего не платит. Что это такое вообще? Ну ответьте мне. Люди, включите голову. А что такое тогда фонд гарантирования вкладов? Давайте прочитаем его вместе. "Фонд"... Это же не банкиры давали свои деньги. Это мы с вами вложили деньги. Вот назвали "фонд". "Гарантирования"... Это потому что мы должны быть с вами спокойны, потому что банк, который открылся, получив лицензию: а без лицензии он не работает – от Национального банка Украины... Они как бы дали нам гарантию: "Ты можешь туда положить деньги". Национальный банк сказал. И фонд есть. Так или не так, люди? И наконец, "вкладов". Не фонд воровства, которое сейчас происходит. Самые крутые объекты, которые в этом фонде пропадают, исчезают и куда-то растворяются, фонд гарантирования вкладов. Человек: будь это гражданин Украины или иностранец – если знает, что есть такая страна на границе между Востоком и Западом, где деньги положил в банк, и они не пропали... Конечно, это замечательно. Будут хранить у нас деньги. У нас есть сельское хозяйство, у нас есть земля. Её, слава Богу, они не успели продать. Может быть, потому что всё-таки как-то чувствовали замер народного гнева. Слава Богу. Потому что если бы они продали землю, поверьте мне, от нас бы вообще уже ничего не осталось. Поэтому не продавая землю, мы должны делать современные крупные агрохолдинги. Нам не нужны для этого кредиты и никакого МВФ. Сегодня под агрохолдинги – давайте я им в течение двух часов привезу – не знаю, какое количество кредитов. Готовы вкладывать. Если есть правила игры, если есть ответственность, если есть люди... Послушайте. Сегодня украинцы насыщают рынки Польши, Румынии, Израиля, Германии – кого хотите. Это самый ценный товар. Это самое ценное, что есть в стране. Люди – это самое ценное. Это понимали все. Как такое может быть? Я уже касался хай-тека. Послушайте, у нас нет другого пути. Мы должны правильно взвесить свои сильные стороны. У нас совершенно уникальная молодёжь, которой набиты сегодня фирмы Швейцарии, Германии... Я сегодня когда ехал к вам, смотрел отчёты стартапов: какие продажи в мире. Сегодня в Израиле, который развивает хай-тек, за один день продано четыре небольшие хайтековские компании. Общая стоимость сделки – 1.2 миллиарда долларов. Вдумайтесь, люди, что происходит. Мы за этот миллиард Карпаты вырубаем, на карачках перед ними ползаем. Когда наша молодёжь дала бы нам в 10 раз больше, если бы мы сняли налоги, построили здесь нормальные кластеры, дали им территорию: "Вот заходите, садитесь, вкладывайте свой труд в Украину". В чём проблема, скажите мне? В чём проблема? Белоруссия уже к этому пришла, а мы не можем. В чём проблема? Проблема только одна, и я вам её скажу. И надеюсь, вы морковки больше не дадите. Сегодня управлять государством премьер-министрам, которые до этого в основном практиковались на базаре, – это невозможно. Сегодня управлять государством и думать о хай-теке людям, которые не умеют тыкнуть пальцем в компьютер, тоже тяжело. Я сочувствую. Сегодня в новом мире надо мыслить немножко по-другому. Посмотрите любой отчёт правительства... Законов нет у них, которые обязаны быть, по закону. Но по телевизору. Что там происходит? Это та же самая коммунистическая система, только перенесённая на компьютер. Сидит группа этих товарищей, выходит один и говорит: "Мы построим в следующем году международный аэропорт в Борисполе. Гиперлуп мы проведём в течение двух лет..." Сделали анализ. Сейчас в сидячем положении, без туалета будут украинцев гиперлупом отправлять. Заплатили за это огромные деньги. Как такое происходит? В 21-м веке мы всё это смотрим по телевизору, и никто из нас после передачи не думает: "Послушайте, это же репортаж из сумасшедшего дома". Я ни одного слова не слышал о приоритетах ни в экономике, ни в сельском хозяйстве – ничего этого я не слышал. Я слышал, что мы живём лучше, что заграница нам поможет... Я помню год дорог. Невероятный рывок мы сделали во всей промышленности. Это действительно так. Сегодня завод, который производил радиолокационные системы, соотносимые с самыми передовыми в мире, продали по цене "Мерседеса". Вот промышленность наша развивается. Я бываю в посёлке Южном. Это один из самых красивых маленьких городков, которые я видел. Там люди обожают свой город, он чистый, там мэр – умничка. Стоит предприятие: припортовый завод. Они рассказывали, что они его продадут за миллиард. Не поделили, кто из него сегодня соки пьёт. Убили предприятие. Какую промышленность они будут развивать? Ещё раз говорю: когда мы будем идти к избирательным участкам... Бог с ней: с морковкой. Мы должны подумать об одном: вот это блеющее стадо, каждый из которых рассказывает сегодня, что он приведёт вас к самому хорошему пастбищу... Мы не должны такими быть. Сколько можно наедаться этого? Я тоже за то, чтобы была здесь сверх-Европа. Но дальше что? Европу здесь не строил ни Ющенко, ни Янукович. Они каждый строили для себя вот этот загон, где они будут пастись и опять перед выборами, скинув гречку в телевизор или ещё во что-то, вас заставят избрать опять то же самое. Люди, это 21-й век. Дорогие друзья, это 21-й век. Тут надо попробовать что-то другое. Надо попробовать изменить свой менталитет, надо попробовать перестать верить ничем не подкреплённому блеянию. Сегодня новую профессию утвердил прямо с утра Кабмин: профессию 21-го века, профессию, крайне необходимую Украине. Я даже точно не скажу, как она называется. "Трансплантатор-координатор". Вы понимаете? В 21-м веке они думают о том, как они будут разбирать нас на органы. Приняли специальный закон, облегчающий эту работу. Люди, у нас, кроме органов, больше национальной идеи нельзя придумать? Почему нельзя сделать реально великой свою страну? Что, поляки умнее нас? Что, там земля бильш родюча? Что произошло такое в Польше, что их называют локомотивом европейской экономики, а мы бегаем на них клубнику собираем? Что такое произошло? Румыны, над которыми мы всегда говорили "бедные румыны", – они сегодня локомотив европейской экономики. А что такое с нами со всеми произошло, что мы обречены на нищету, африканские зарплаты? Что такое? Ничего. У нас земля не меньше родит, ни небо – ничего. Что произошло? Только одно. Каждый раз, к сожалению, умный народ, умная страна идёт к избирательным участкам... И как в стране дураков. И выбор получаем – как в стране дураков. Люди, мы умные люди, а выбор делаем, как дурни. Ну так же нельзя. Где ещё в какой стране мира политик, который хотя бы раз был у власти и привёл к катастрофе, придёт опять и скажет "выберите меня"? Когда такое было? Как можно их выбирать? Морковку, простите. Морковку давать. Давайте дальше. Есть у нас вопросы?

 

Чоловік

Шановний Вадим Зіновійович, нещодавно міністр МЗС Клімкін заявив, що перспектива вступу України в НАТО і ЄС – це десятиріччя. Враховуючи ситуацію: може, ці союзи давно розпадуться, – навіщо президент включив цей курс у Конституцію України?

19:52:41

Вадим Рабінович

Дякую вам дуже. Знаете, мы, в принципе, больны и в обычное время. Но в период выборов у нас болезни обостряются. Это такое дело. Скажите: есть хоть один человек в нашем зале или вообще в нашей стране, который не хочет в Европу? Я уже говорил: все хотят в Европу. Я тоже хочу утром проснуться, и чтобы у меня вот тут было НАТО, вот тут дорога хорошая, тут я выглянул в окно – все ходят, милиция красивая... Я тоже хочу этого, как и вы. Но надо над этим работать. Вот этого уже не все хотят. НАТО ничем не отличается для меня от Будапештского договора. Мы подписали Будапештский договор, всё нормально. И никто на него не обратил внимания. В мировой политике это показано было много раз и продолжается сейчас: есть только одно право, хотите вы или не хотите: это право сильного, право сильной страны. Если ты сильный, если у тебя есть мощь защищать свою страну, если у тебя есть оружие для того, чтобы ты её защищал, – в этом случае с тобой будут считаться. Во все остальных случаях в любом договоре найдут 25 пунктов, почему этого не надо сделать. Я, например, считаю, что преступление совершил в своё время Кравчук, отдав ядерное оружие. Потому что это была действительно серьёзная запорука нашей независимости. Теперь, сегодня сказать, что мы можем за одну секунду вернуть ядерное оружие, – это популизм, действительно. Но работать над этим мы должны. Единственное что – не этой же власти. Им ещё дай ядерное оружие – они вообще всё погубят. Поэтому уйдёт эта власть – вернёмся к вопросу разработки ядерного оружия. Что касается НАТО. Давайте просто по арифметике. Мы не будем говорить о психологии. Простая арифметика. Примерно для того, чтобы перевести украинскую армию на стандарты НАТО, нам нужно примерно 100-120 миллиардов долларов. То, что нам их никто не даст, понятно. Даже заложив всё на свете, у нас этих денег нет. Скажите: если вы всё равно не можете этого сделать, для чего вы туда идёте? Мы прочерчиваем курс просто для того, чтобы позлить Россию перед выборами, и для того, чтобы у нас избиратель поднялся? Так а что нам, что Украине это всё даёт? Ну если бы завтра сюда НАТО вошло, Бог с ним, давайте уже в НАТО войдём. Но если оно сюда не идёт, нас не приглашают, триста раз сказали, что нас туда не берут, для чего мы это делаем? Знаете, я очень много бываю в Европе, я знаком практически с 3/4 руководителей стран Европы, со многими встречаюсь в Брюсселе, много разговариваю. И знаете, что я вам скажу? Они не только экономические дебилы – они и политические дебилы: вот эти, кто нами управляют. Потому что... Я объясню свои слова. Я считаю, что прогибаться под каждого очередного приехавшего иностранца, прогибаться под МВФ, который диктует нам законы, которые он не смог пропихнуть даже в Африке, – это не есть самоуважение. Нам надо сесть за стол, очень культурно, с уважением, с огромным пиететом сказать им следующие слова: "Дорогие наши западные партнёры. Знаете, мы пять лет форпост, как вы сказали, войны и всего остального. Давайте сделаем несколько простых вещей. Первое: вы обязаны списать долги Украине, потому что мы не можем платить. Раз. Второе: вы должны дать нам кредиты, соотносимые хотя бы с Польшей, для того, чтобы мы развились. Иначе это просто нечестно и убиение нашего государства. И тогда мы не форпост, а кинутые вперёд самоубийцы". Третье: мы должны сказать Международному Валютному Фонду: "Мы вас уважаем, вы хорошие люди. Но когда вы ставите на первое место по коррупции в мире нашу страну в рейтинге МВФ и потом даёте ей кредиты, вы заранее знаете концовку этих кредитов. И мы не можем с вами отвечать за то, что они украли. Если вы дали кредиты ворам – значит, либо вы в доле с ними, либо вы такие же дурни, как и они. Ни тем, ни другим не дают". И много таких вопросов надо поставить. "Ура, мы подписали договор с европейским сообществом". Подписали, смотрел я на него. Слушайте, а чего ж мы ничего не можем по этому договору? Мы опять становимся сырьевым придатком. Сейчас нас будут заставлять через арбитраж рубить лес. Сейчас новый арбитраж будет. Посмотрите в течение двух месяцев. Высший арбитраж Европы, который нельзя ещё и оспаривать. Вынесут решение, вырубить нам лес или нет. Слушайте, а мы что, стадо вообще какое-то безголосое? Значит, за нас какие-то дяди в Брюсселе решат, что для нас лучше сидеть без кредитов голодными, босыми, составлять им трудовую армию и вырубить свой лес? Они не очень объелись? Вот тут не надо бояться ни Европы, ни Америки, ни Азии – никого. Мы должны равноценно строить отношения со всеми. Если выгодно для моей страны строить отношения с Белоруссией, надо строить с Белоруссией, с Китаем – с Китаем. Не имеет значения, как называется страна. Важно, чтобы это было выгодно гражданину Украины. Ни одна сделка на международном уровне не должна приходить по другой оценке. Вот так берёшь ручку и смотришь: хоть одну гривну из кармана украинцев она забирает – всё, её не должно быть. Нет других критериев. Все остальные критерии – это самообман. Вот опираясь на три кита: на сельское хозяйство, на хай-тек и на банковскую систему, – приняв жёсткие нормальные законы, проведя референдум по новой Конституции 21-го века... Потому что мы живём по Конституции 20-го в 21-м. Или даже 19-го. Мы можем спокойно, без всяких надрывов, без убиения собственных пенсионеров спокойно стать супердержавой. Нам нужен год, повторяю. А я напомню вам: когда я говорю, что за этот год надо полностью снять все платежи, потому что людям надо хоть как-то продержаться... А в Европе, в которую нас ведут, чтоб вы знали, написано: если больше 10-ти процентов доходов семьи уходит на коммунальные услуги, ты считаешься сверхбедным. Но вы знаете нашу оценку. Тогда мы с вами вообще где-то внизу. Поэтому ничего этого быть не должно. Чтобы покрыть все расходы по пенсионерам и малоимущим слоям населения, нам на один год нужно 54 миллиарда гривен. Это абсолютное ничто. Потому что я всегда напоминал и напомню вам ещё раз, что когда ночью Порошенко встретился с Коломойским и забрали у того "Приватбанк", мы с вами доплатили в бюджет: непонятно почему – 154 миллиарда. Это значит, что три года всем пенсионерам страны можно было не платить тогда. Что ж вы там ночью? О чём вы договорились? Поэтому не верьте им, что мы обречены. Не верьте им, что Украина никогда не поднимется и нам надо вечно ползать на карачках или на Западе, или на Востоке. Мы с вами уникальная страна, которая, несмотря на то, что мы с вами пережили уже какое поколение суперворов, всё равно мы с вами живём, дышим и верим в завтрашний день. Нам нужен один год, чтобы вернуть ситуацию в нормальное русло. Нам нужен один день, чтобы, придя к избирательным участкам, выбрать не войну, а мир, выбрать стабильность, а не убийства. И последнее. Вы знаете, сейчас я читаю соцопросы всякие и всё это. Я всё равно верю в нашу страну. Я верю, что мы сделаем правильный выбор, мы выберем 21-й век, мы выберем Швейцарию Восточной Европы и мы ещё станем великой, сильной Украиной, которой будем гордиться и мы, и наши дети. Спасибо вам большое.


Подписывайся на NEWSONE в Facebook. Узнавай первым самые важные новости.